сабанеев об этом ничего не писал : амурный вечер(конкур3)

09:22  01-06-2010
Как говорил мне мой друк и учитель йозя ждугашвили — не забывай фиксировать транзакции. Налил-пей, а не выйобывайся. Сказал значицца, и умер. Вот и я, давыебывалсо, размахивая полной рюмкой, пока мое пересохшее ебало вычавкивало тост потрескафшимися лялябрами. Апзаце где-то на фтором, среди мертвых мышоенкоф и жывых хуев, забифших подзавязку мои карманы закопошилсо гломурный телефон сименс Цы60.
- Шозанах? вежливо спрсил йа и отрыгнул ф трупку.
- Здароф бля, йа в аеропорту, забирешь?
- Серый датыахуелбля! — извините мамо — я у тещщи, на пиздисятилетии — чотко ответил йа.
- Фпизду тещу – громка и диликатно, как фсигда, прорычал мой лудшый карифан в трупку — пять лет нахуй нивиделись, дуй ка мне!
Он суко фсигда такой — прилител, шухер поднял и съибался. Расхлебывайте нах.
Карочи часом спустя мы уже сидели синие как пингвины, тупо паддержывая йяйцы самкнутыми каленями.
- Слыш йобана, где твоя гитара — с ростом промилей в крови у Серого проступали красныйе трупные пятна па фсему телу. Асобенна паибалу. Наступало время великих свершений.
- Агитаре бля тютю — рассохлась нахуй, а потом Ленка пизда мне испанский варатник из ние забубенила.
- А паехали блиа на рыбалку, на великах. У тибя же был велик?
- А то! Сура-2, 86-го мадельнава года! гибридный — хачю еду хачу качю. Тюнинх, кожа, фся хуйня. йа на ней на работу йезжу.
- Ахуительно! Значит берем ищо вотки...
- Серый йобана, йа удачки три года в руках не держал, леску небось уже мышы съели…
- Паибатушки — из валасни лески сплетем, валасня ана ипать какая крепкая! Шалашык нарулим, легушык пажарим, канцылярскава клею панюхаем — посидим па людски.
- а насатки нихуйа нету.
- То тоже хуйня — ща шпротов в ларьке купим, хлеба там… если чо — в бливоте пакапаемся — йа вон сало не жывал пачти.
— Серый а может лутше па бабам?
— Нахуй па бабам, бабы у меня вон и в Маскве есть, а рыбалка сука па начам снитсо. Жину ва сне за сиську держу — а самбля как будто макуху с тестом замешывайю. А патом чирвяка достаю, и на крючок его насажываю. Навозного сука, толстого, тугого. Йа его туда — а он падло обратно, а потом хуяк — будильник. и трусы ф канчине.
Ладнло, думаю — хочешь падла ахуенной рыбалки — будет тебе. Есть у меня заветное одно местечко. прикормленное нахуй, по самые не балуй.
Кароч паехали. Я бля выпившый — сел сзади на багажник, видерка пластмасавае на бошку надел —
сигарету там курю — типа бля мигалка. не знают у нас еще такой фичи. Серый за рулем, он сука при галстуке. У него бля фсе по современному -пидали крутит и в GPS смотрит. Там баба ево канудит, истошная такая фригидина — яибал.
- Вы отклонились от маршрута и праибали паварот — капризничает типа.
- Сука — говорю — хуле ты раньше молчала.
- Через. двести. метров. поверните. налево. — апять гундосит.
- Заткнись дура, сам знаю. — Серый бля с бабами гаварит умеет. На место чотко ставит.
- Вы отклонились от маршрута и пропустили поворот. налево. — не, ну пиздец! нихуйа в субардинацыи ни шарит.
- Заткнись, сука, когда мужчины разговаривают! — эта мы уже хором ей ибало завалили.
- Вернитесь обратно, вы отклонились от маршрута!
Пиздец -тупей казы я не видел. Куда нахуй абратна — с гары пачти съехали. Ну ебанулись пару рас, бутылку вотки ебнули — что абидно. Нафигатор тоже заткнулса – утеряна свясь са спутниками. Канешно нахуй — нашы касманафты на таран пашли, какие теперь тут связи — пад ноги гляди лутше.Зато две даски от забора отодрали — ф смысле не выебали, а атсаединили — на дрова.
Речка наша, ахуенно знаменита сваими нерестовыми свойствами. Если на высокам правам берегу станешь ссать — как каз нассышь на пологий левый. Такая вот шырина. Тока на правом берегу нихто не ссыт — там свалка, на ней бомжы. К ним бля жопой — ни-ни. Да и передом не советуют. Инфекцыя. А на левам берегу харашо — там тока камыш и мусор.
Пришли, бля. три часа ночи. фанарик праибали, насатку тоже. Тока вотка и удочки. Рыбаков дахуя правда, с фанариками. Ебашат – хто донками, хто сетками, хто электроудочками. Я даску взял, гваздями наружу – прашелся па беригу, дружелюбно так. Место освободил, насадки надыбал, хавки там, сигарет полпачки, тилифон тоже. Ноклу. Махал, што характерно — нисильна нихуя, амплитудна тока. Во мне уже много было, выплиснуть нах баялся. Вотку расплискать — ахуенский касяк. Хоть из тары хоть ис сибя. у нас за такое паибалу сразу. Мы бля как линингратцы- те блакаду помнят, а мы бухло па талонам.
Сели карочи, кастер зажгли, дапили, курнули знатно. Тут меня на байбай прабило — пиздец. а этот компрачюкос тупявый фсе по берегу, бля скачит, уды сваи пристраивает. Ну я ему под хаха и фтер — что на крючок щас тока конченые лохи бубыря и верхоплавку лавлят, правельные поцаны берут крупную рыбу на голый палавой хуй. Заходишь ночью па пупок в воду и ждешь. Часа не пройдет каг толстолобик или белый амур присосется. А если маслом семечковым жареным апхуярить — то и сазан может. Сазан даже круче — у ниво рот мяхкий, нежный, как у бабы.
Научил дурня столичного, кароче, камыша намял и спать. качаюсь на алкогольных волнах. Все как нада. Серый, тот иблан даверчивый — внатуре лавить палез. Праснулся бля аттаво что куртку нахуй спалил. Пассал, патушил, вспомнил тяжолое пеонерское децтво.
Приглиделся — слышу Серый стонет, как ибет каво. Ты каво гаварю ебешь а меня не завеш? Ноклай сваей свечу — а он в ваде па пояс, на фарватере практически, и сука глаза бистыжие закатил. Прецца. Приглиделся — из вады башка тарчит лысая, блистящщая. в башке серегин хуй тарчит. прямо туда, где у башки рот располагаецца. Знатно так насасывает, как па учебнику. Загляделся кароче и взрачнул ат зависти нивзначай, за збычю мечт. А патом светать начало, я и драчит уже устал, а оно все сасет и фсе ни мне, а серый все стонит. в мурашках уже весь — холадна бля, туман. Я то ему как лавить расказал -а как вытаскивать нихуя. скумарило. Прикращать нада думаю, а то друг замерзнит нахуй. Взял даску свою и гваздем торчащим па башке уибал сразмаху хуиту эту сасущую.
Хорошо не сом оказался — амур белый.кил на 10-ть.он травоядный, беззубый. Гваздем я и башку ему и залупу сераму прахуячил насквозь. Блюдо кароче зделал. Канапе называется.Орал он, сука, на весь берег. Серый. Амуру, што характерно — похую. Вытащили на берег скачит канем, хоть бы што. Их амуров да талсталобов поразводилось дахуя в жырные нулевые, а тута кризис, жрать нечива — вот и потеряли сука моральные принцыпы.
Ранше та как было – с мельницы крошка пшеничная сыпицца чериз вентиляцыю — рыба ее жрет и радуецца. А типеря нихуя. Маскофский инвестар мельницу купил — и пиздец ей сука сделал. У нас тут типерь и ни купаются. Страшно. Толстолоб или там амур — они хоть траваядные, атсасут да атпустят в итоге. А вот сом тот нихуя, если схватил — пиздец, атхрумкает по оселедец. Хуже всево налимы. Ани скольские и норы визде ищут.
А пока мы рыбину то тащили, и сирегу с ней, шуму- ибать скока наделали — мужыки збижались с берега. Побросали к ебеням свои донки и спиннинги. Рыбине, даром што бошко проткнули — паибатушки, а серому — наоборот. Арет бля, крофь там, фся хуйня. Ну мужыки аптечки пасабирали — у фсех адинаковые, машынные. Подаставали там — жгут, зиленку, валидол, гандоны. У каво чо осталось. Вотку все принесли. Тетка прибежала — нада гаварит яд атсасать, набросилась. Рыбинспектары приехали на шум — типа низаконнае арудие лова, канфискуем, вмести с уловам. Амура и доску забрали — хуй аставили. Патом менты приехали, тетку забрали, со ртом акрававленым. Патом скорая — нас с Серегай забрала. По их части хуй с дыркой оказался. Серый ачканул -гаварит сабака, бля укусила. Ну ему и нахуярили уколов ат бешынства. И бухать запретили полгода. Да и ебацца низзя, пока хуй заживает. Сидит теперь в инете, на одноглазнеках — на бальничном. Хадить павязка на хую мешает.
На рыбалку к мельнице типерь ни прабъешься — браканьеры рядами стоят, хуи мочат. Рыбы в речке пачти не стало — вылавили. Щука свирепеть начала — жрать нечива. Гаварят — уже были случаи. Так что нуевонахуй такую рыбалку — лутше по бабам.