|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Здоровье дороже:: - Преступление и наказание
Преступление и наказаниеАвтор: NikoN
[ принято к публикации 14:38 12-10-2011 | бырь | Просмотров: 1971]Зарплата – мизер, покой лишь снится. Всё забываю, когда пред взором Плывут роскошные ягодицы. Я не маньяк и здоровье в норме, Но в пору сразу идти лечиться, Когда твои наливные формы Так рядом. Крепкие ягодицы Хочу схватить прямо здесь, сейчас же, А ты мне тычешь ногтём в страницу, При этом что-то щебечешь даже, В наклоне выпятив ягодицы. Хоть кто-то скажет: «Преступно это», – Но преступленье – не ухватиться. Сорвал лоскут и явились свету Две сладострастные ягодицы. – Что подсудимый сказать нам может? – Я был не в силах остановиться. Любой из вас это б сделал тоже, Едва б увидел те ягодицы. В тюряге думал, не знал бы лучше. Ну как такое могло случиться? В раздумьях выронил мыло в душе… Ни слова больше про ягодицы. Теги:  -1 
Комментарии
#0 18:19 12-10-2011Лев Рыжков
Басня, гг. название знакомое не слышал никогда Последние две строки попахивают. Потрясающе, посмеялась Благодарю за то, что читаете. не понравилось… аморфно… всё пытаются юморить поэты. жанр поэзии постепенно скатился к смехуёчкам. Плыли в радужном сиянии в поле зрения две ягодицы, Крыльями ангелов белизной сознание вдруг затмили. Что было потом — в тумане. Теперь я сижу на нарах, в тюряге. Прекрасна была перспектива и как ужасна нынешняя картина. И где справедливость? Еше свежачок
В затерянном среди горных складок Кавказа селе, где река мчалась, опережая сами слухи, а сплетни, в свой черёд, обгоняли стремительные воды, жила была девушка Амине. Дом её отца врос башней в склон у самого подножия надтреснутой горы - той самой, что хранила молчание весь годичный временной круг, но порой испускала из расщелины такой тяжкий и рокочущий выдох, что туры на склонах замирали, переставая жевать полынь, и поднимали в тревоге влажные морды к недвижным снегам....
Скачу домой, как будто съел аршин,
прыг-скок, прыг-скок…нога в снегу промокла… Твои глаза - не зеркало души, они, как занавешенные окна. Там голоса, и кто-то гасит свет - теперь торшер не вытечет сквозь щели, лишь стряхивает пепел силуэт в цветочные горшочки у камелий....
Очкатых я встречаю
И спрашиваю я Ты Леша или нет? Так страшно иногда. И зреют там хлеба, Картофели молчат. Летит во тьме звезда, В гробу сияет Цой. А я себе иду, Я призрак, я гондон. Но спрашиваю я, Порой, без суеты: Ты Леша или нет?... Если вспоминать память, если память помять - выскальзывает amen с губ в каземат, внутренний или внешний вовсе неважно, так как приглаживает нежно висок рука, накладывает швы ниточки, где разошлось на образы выскочки: сласть и злость.... |
