«Чиновник – это высшая ступень эволюции. Много миллионов лет человечество развивалось, самосовершенствовалось, прогрессировало и результатом этого стало появление нового индивида – чиновника»
Отрывок из учебника «Биология для чиновнят», 7-й класс, 2505г, интернет-издательство «Радуга»

- Простите, можно войти? – робко спросил у переговорного устройства плюгавенький прыщавенький гражданин в изрядно поношенном сером пальто в клеточку.
- Ну что там? – раздалось в ответ....

В палате я оказался около двенадцати - пока осмотрели ногу, сделали рентген, провели какие-то ещё процедуры, прошло довольно много времени. Возиться со мной в новогоднюю ночь никто не хотел, поэтому гипс решили пока не накладывать, а просто положили в кровать и подвесили сверху ногу.

Больница представляла собой довольно унылое зрелище: обшарпанные стены, окрашенные грязно-серой краской, местами облупившейся, на полу рваный и местами залатанный линолиум, грязные окна, заклеенные на зиму бумажным скот...

Сквозь разбитые окна в салон быстро проникал холод. Всё произошло так быстро, что я едва успел испугаться. Сначала было стремительное мелькание деревьев за окном тёплого салона автомобиля, весёлое позвякивание ящика шампанского в багажнике, хорошее настроение оттого, что, наконец, работу удалось доделать и впереди долгие новогодние праздники, которые я проведу с друзьями на даче. Потом - искорёженная машина в кювете, зажатая нога, боль во всём теле при малейшей попытке двинуться....

Очередная безснежная зима ворвалась в город проливными дождями, отчего на душе и на улице стало скользко и противно. В такую погоду тяжело выйти из тёплой квартиры, поэтому даже дворники забыли о своих обязанностях, в результате чего и без того серые и грязные улицы стали ещё серее и грязнее. Обшарпанные стены городских окраин только подчёркивают нарисованную картину. Темнеет так рано, что кажется, что в городе дневные полусумерки сменяются ночной темнотой....

Я уже почти заснул, когда в дверь позвонили. Как-то ненавязчиво позвонили, можно сказать, шёпотом - сначала мне показалось что никто и не звонил вовсе, звонок мне только приснился. Я повернулся на другой бок, но позвонили снова. Чертыхаясь я встал с кровати и подошёл к двери
-Кто это? - пробормотал я
"Смерть", - ответили снаружи. И вновь это странное ощущение - будто бы этот ответ родился у меня в голове
- Кто? - на всякий случай переспросил я.
"Ты что, уши по вечерам не чистишь?"...

1. Сотворение мира.

Вначале была грязь. Она смердела, пачкалась, хлюпала под ногами, стягивала с ног ботинки. Ещё были горы вонючего мусора, толпы бомжей, снующих тут и там в поисках добычи; были крысы и вороны. Несколько раз в день приезжали помойные машины и самосвалы со строительным мусором, внося свою скромную лепту во всеобщее благополучие. От каждой машины вороны разлетались с испуганными криками «карррраул», но, разобравшись в чём дело, слетались обратно, восклицая «каррррашо»....

Начало потерпело фиаско и было безжалостно засунуто в "хуету". Тем не менее, раз начал, надо и заканчивать. Надеюсь, что со второй частью повезёт больше :-)

4. Охота.

Несколько дней Иван ходил в задумчивости. С Жанной не встречался, сославшись на то, что болен, но на работу ходил регулярно. Никак не лезло из головы то, что случилось между ними, а главное, непонятен был сам смысл этого процесса, несмотря на то, что процесс оказался чертовски приятным....

“Следует из сказанного мной одно:
Нужно из цепочки исключить звено.
Именно затем я и позвал вас, сударь,
Именно за этим отравил вино.”
...

Он считал себя настоящим волшебником. Одним взмахом своей Волшебной Палочки в сочетании с заклинанием Он осчастливливал детей. Детей он очень любил; в детях он видел смысл своего существования, ради них он боролся со злом и, как только видел что зло пытается восторжествовать, тут же искоренял его. Зло изворачивалось, юлило, пыталось спустить на тормозах, но в конце концов отступало, обращаясь в добро, чаще идущее на пользу детям, реже (если оно было особенно упрямым) - Высшим Силам....

Третий день висит на люстре Иванов
Рвутся швы от напряженья у штанов
Сверху солнышко сияет, греет нос,
Только этого не знает Иванов
...